Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:51 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
На стихи не действует «delеte»,
Удаляй хоть сотни глупых строчек,
Сотая тебя и пригвоздит,
У креста распнет холодной ночью.
Посмеется, покривит душой,
Смоет кровь с клыков и поцелует.
Что ж поделать, ей ли быть другой?
Она просто-напросто ревнует.
Смотрит так – не отвести глаза,
Понимающе, заискивать наивно.
Каждая сто первая строка
Эхом в голове. Невыносимо…

15:42 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Мой котенок уснул на диване,
Я как взрослая мама-кошка,
Нежно глажу его за ушами,
Пожурю, поругаю немножко,
Пока спит. Сохраню его сны.
Черно-белые сны о полетах.
Спи, родной мой, милый мой, спи,
Я схожу для тебя на охоту,
Накормлю, напою, уложу,
Пропою тебе добрую сказку,
Я тебя слишком сильно люблю,
Всей своей недорозданной лаской.
И мурлыкну грудным языком,
Чем-то там на родной твой похожим…
Ты ведь будишь мудрым котом,
Гордым, серым… и я, может, тоже…
Из тех редких кошачьих кровей,
Той холодной дородной породы
Человек. Никогда и ничьей!
Мама-кошка пушного народа…

23:13 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
23:40 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Я молчу по мелочам все больше,
Я невыгодно стала старше,
Если время для тебя – это ночи,
Приходи до полуночи. Спляшем.

Выпьем грамм по сто, за всех бывших
И за тех, кто бывшими не был.
Если под полом живут мыши,
Кто живет под твоим небом?

По-русалочьи охрипну до крика,
Буду чуть дрожа тебя слушать.
А потом смывать все улики
Под холодным утренним душем.

Приходи. Я налью тебе чаю.
Для начала, а после посмотрим.
Я тебя не люблю, я прощаю.
Твое время, прости, только ночи.

20:30 

опять к любимым темам

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Кусочками льда на полу слово «Вечность».
Избита легенда, забыты герои…
Ты знаешь, с тобой я сейчас буду честной:
В любви не бывает ни двое, ни трое,
Мы любим и всё. Ничего не прося,
Как это ни глупо, смешно и наивно.
Родная моя, дорогая моя,
Взаимные чувства лишь дамское чтиво.
В любви каждый сам для себя эгоист,
Он хочет всего, а не чуточку больше.
Послушай и, знаешь, не торопись
Взвалить на себя эту сложную ношу.
В любви – это босиком по зиме,
Сражаясь с холодной и злой королевой.
Легенда забыта.
И он её не…
Но это не важно – она ведь сумела.

01:17 

меня несет. сама не пойму куда(

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...

Я соскальзываю с тонких лодыжек,

Как хорошие грубые туфли.

Темнота в глазах и отдышка,

Впрочем, как и всегда после случки.

Я завязываю тебе свой галстук.

То грозя придушить, то прижаться.

Ты ведь хочешь быть мнительно грубой.

Мне не жалко. Мне не семнадцать.

Вынимаю тебя из обертки:

Дорогой и блестящей одежды.

Мы не люди, мы 3-его сорта,

Вот откуда щемящая нежность.

Я боюсь надломить твои кисти

Или пальцы – фарфорово хрупко.

Я травлю тараканов как мысли:

Эс-о-эс* без спасательной шлюпки.

*SOS


23:42 

а я опять за старое...

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...

Слишком холодно стало к осени,

Белы лебеди перья сбросили,

Я порезалась стройным колосом;

Милый в лес зовет чужим голосом.

Милый в лес зовет, а свеча дрожит.

Мать кричит и бьет, плакать не велит.

Я венок плету из дорожных трав,

К образам хожу – усмиряю нрав.

Только ночь и в лес тянет холодом,

Серебро небес ляжет в волосы.

Милый мой, родной, не зови меня,

Я тебя семь дней у окна ждала,

А как ты замерз, я лишилась сил.

Злобный дух лесной, он тебя сгубил.

Я заснула. Вдруг, в утро третье дня

Вижу у ворот ты зовешь меня,

Я бежала бы… только держит мать,

Говорит: «Он умер. Над дитем поплачь!

Сиротой оставишь!» я смотрю вослед,

Только у калитки никого уж нет.

Сердце душит вьюга холоднее льда,

Завываньем ветра ты зовешь меня…


01:47 

нет сил ни на что серьезное(

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Дайте коту барабан! Кот будет бить в барабан.
Дайте жирафу тюрбан, он будет за вожака.
Пусть хобот втянет слон, скинет пару кило.
Жаба и с колпаком, с нами пойдет в кино.
Песенку мне споют серый волчок и лис,
Зайчик выключит свет, скажет «Ты спи, малыш».
Ну кто дал коту барабан? Ну кто мне закрыл глаза???
Волк кричит мне «Живем!». Хорошая все же трава…

01:09 

у меня плохо с географией, чесслово

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Убивать красоту так жестоко,
Как изрезать парчу тонкой саблей.
У бассейна реки Ориноко,
Затонул твой хрустальный кораблик.
И теперь черноглазой богине
Ты вручаешь надежды и мысли.
На губах её каменных стынет
Кровь врагов. Ты приносишь ей жизни.
Она смотрит надменно и строго
На тебя глазами шаманов,
И в бассейне реки Ориноко
Потерялись далекие страны,
Что когда-то тебе часто снились,
Что искал ты в неведомых далях,
Но теперь о камни разбились,
Но теперь бесполезными стали.
О науке владенья оружьем
Ты теперь слагаешь куплеты.
Только это богине не нужно,
Ей ты нужен свободным поэтом.
Охладевшей к жизни богини,
Слышен сиплый каменный гогот,
Бесполезный поэт не покинет,
Сонный берег реки Ориноко.

00:52 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Босыми ногам по лужам асфальта
Сто двадцать в тени: холодрыга и стужа.
А кто-то идет в белых шортах и майке,
А кто-то пожары в Антарктике тушит.
Стихийные бедствия сушат газеты
Из тонкого латекса, ботокса? Дряни…
И с Марса на Марс посылают ракеты
Упитые вдрызг господа марсиане.
В галактике Альфа Центавра простуда –
Типический грипп, незаразная свинка.
В гряде астероидов огромная груда –
Космический мусор. Отсутствие Линков:
Безвылазно пусто писать в космосети,
На тысячи лет вокруг только люди.
И нам безраздельно за плату посветит
Десятое солнце, с него не убудет.
И будет 130 в тени, дикий холод.
В пространстве вселенной лишь черный дыры….
Но ты для реальности девственно молод.
Верну тебя в сети «привычного мира»…

00:58 

кхм.. рабочее

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Если правильно выбрать 2 слова…
Если правильно выбрать 5 слов…
Это все будет очень не ново.
Мир, вообще-то, и сам-то не нов.
Все чего-то хотят. А чего же?
Говорите конкретней, друзья.
Что-то будет: я чувствую кожей.
Кто-то будет, наверно, не я.
Я ведь только стираю улыбки
Парой точно подобранных фраз.
И тряпичные куклы на нитках
Ненавидят таких вот зараз.
Потому что с ехидной усмешкой
Я всю правду пиарю в лицо.
У профессий десятки издержек –
Вот моя. Это все не смешно.
Я гребу баснословные деньги
За правдиво – отчаянный бред,
Только лучше зови меня деткой
Потому, что я не поэт…

18:37 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Забудь меня в той сказочной стране,
Где босиком по линии прибоя
Бежит рассвет. В разлитой тишине
О камни бьется море.
Где солнце в волосах, а истина в вине…
Забудь меня, где нет чужой печали,
Где черное не старит, а кофе не горчит,
Где нету ничего, что удручает
И кажется, что мир за все тебя простит.
И крики чаек в мутно-белой пене,
И тяжесть бус… бегом по мостовой
Ты будешь счастлив вырваться из плена,
Возможно, будешь счастлив с той, другой.
Пока рассвет коснется серых склонов
И волны подбегут к твоим ногам –
Забудь навек как быть в меня влюбленным:
Прибой сотрет с лица земли продольный шрам.

18:32 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Скоро я соберу очень много историй чужой любви...

Ресницы дрожали испуганной дрожью,
Сжимались холодные белые пальцы.
Ты мне говорила: «Это все не серьезно.
Он разве мужчина? Он маленький мальчик!»
Ты думала, ты надоешь ему скоро,
Он думал, ты видишь в нем только ребенка.
Но стало не проще, все стало хуже,
Закон выживания: где рвется – там тонко.
А если не рвется, то мертвою хваткой
Зацепит и будет держать очень крепко.
Все это смешно, если б не было гадко,
Все это - три года: зимою на лето
Сменить так легко. Уходя – уходи,
Не надо на память в колодец монеты,
Ведь мальчик три года так верно любил,
Не каждый мужчина способен на это.

21:33 

когда пишется легко....

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Такая нелепая, глупая ссора,
И хочется крикнуть: «заткнись!» и сорваться.
Ты тихо сказала: «А может не стоит
Так мучить друг друга? Мы можем расстаться».

Сказала и вышла, не зная ответа.
Я молча ругалась с собой дня четыре.
В одной смске короткое «где ты?»
Мне так одиноко в холодной квартире…

Мне хочется лезть на высокие стены,
Мне хочется плакать, но ты не узнаешь.
Ты тоже когда-то резала вены,
Ты тоже ведь знаешь, как это бывает.

Глотая отравленный сплав с тишиною,
Курить до рассвета. Мне так одиноко.
Послушай, вернись, я ведь буду другою…
Я, кажется, скоро уверую в Бога…

Мобилник молчит. Не можем решить:
Готовы ли дальше мы мучить друг друга.
Я тихо шепчу: «позвони, позвони…»
Нелепая ссора. Так стыдно и глупо…

00:48 

Алиса упорно продолжает меня вдохновлять...

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
- Почему со мной так не просто?
- Потому что ты, милый мой, сложный.
- Но зачем если строишь мостик,
Плыть навстречу реке порожной?
- Потому что мост может рухнуть,
Если ступишь нетвердой ногою,
А река… ты её послушай,
Она в омут не тянет волною.
Она сердце водицей остудит,
Тихо шепчет «Останься, любимый».
И дрожа поцелует руки,
Будто верность веками хранила.
Чуть не плача, отпустит на берег,
Обожжет на последок и бросит,
Словно птица ненужные перья,
Перед тем, как ворваться в осень.
- Но скажи, если я – это речка,
Ведь тебя потянет на сушу?
Что ж я тогда буду делать?
Как же я буду жить без мужа?
- Ты забудешь меня, послушай,
Можно в реку войти, но не выйти.
Я отдам тебе свою душу,
И могила покроется сытью.
- Не боишься, скажи мне, милый?
- Я устал, чего мне бояться?
Жить не стоит, коль жить вполсилы,
Умереть в потоке не страшно…

23:36 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Я женщина. Мне просто говорить,
Что я люблю, слегка гордиться этим.
Принадлежу. Мне не за чем шутить.
И не грусти: ведь я не жду ответа.
Мне просто быть собой, непросто – мной.
А я, увы, давно устала претворяться.
Не принц, не олигарх и не герой,
ты не красавиц и тебе не двадцать.
И признавать любовь к тебе сродни тому,
Что и вдыхать токсичный, едкий воздух:
Без этого – никак. И я прощу
Тебя за всё. Я женщина, мне можно.
И это все не стоит и гроша,
Но вот тебе… тебе есть чем гордиться:
Такая женщина в тебя вдруг влюблена!
В такую женщину так сложно не влюбиться…

00:25 

такой вот портрет вышел...

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Я не фотограф, мне жаль...

Почему-то не плачет принцесса,
Не мечтает о сказочном принце.
Олигарх в дорогом Мерседесе
Обещал отвезти её в Ниццу.
Она пахнет ментолом и лаймом
И сидит каждый день на диете,
Она часто пьяна и «под кайфом»,
И бледна при неоновом свете.
Героиня, модель – героини,
Двадцать первого смутного… к черту!
На билбордах стоит её имя,
А она не из тех, не из гордых.
Она смотрит на все между пальцев,
Редко хмурит изящные брови,
Её мир – это бренды и марки.
Бездуховен. В нем все что-то стоит.
И принцесса умело глупеет:
Лик без признаков мысли и грусти
Стоит дорого.
Только быстрее
Льются капли «устойчивой» туши…



00:46 

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Ты думаешь, что я сошла с ума?
А я не отрицаю. Ну а все же?
Ведь если птице кто-то дал по два крыла,
То почему бы не летать драконам тоже?
Я знаю, мы не видим чудеса,
(Но мы, поверь, не видим и микробы),
Для них, увы, нужна особая среда,
а тут: машины, смог и небоскребы…
А как метле вдруг взвиться в небеса?
Не удивлюсь. Туда летаю самолеты,
В них веса больше: небо – не земля,
Оно не просит справок у пилотов.
Жаль зелий нет… нас лечат ерундой!
И каждым днем мы дышим здоровее.
На ладан. В полнолунье – вой,
Но в человека – зверя, кто поверит?
Пока мы дети, хочется чудес,
Как повзрослеем – только много денег.
Внутри меня живет беспечный бес –
Упрямый и растерянный волшебник…

20:09 

памяти 7-ой

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Написанное слово остается,
Его не выжжет пламя из страниц.
А твой волшебник, милая, вернется.
Он обещал. Не коронован принц…
Слова, увы, останутся словами,
Сложи хоть в сотню бесконечных фраз.
Друзья навек расправятся с врагами.
Враги у нас останутся в друзьях.
Решать самим. Все в постановке точек,
акцентов, запятых.. Все – ерунда!
Ведь каждый, кто читает между строчек
Прочтет своё. Окончена глава.
Всем жаль порой, что время не вернется.
Концом истории не стоит дорожить:
Написанное слово остается,
А что герои? Герои будут жить…

20:09 

об интерет - любви...

Я, наверно, птица ручная, только вот нет рук для меня...
Зачем мне признанья, если любовь
Уснула в углу той безлюдной кафэшки?
Зачем мне стихи? Это все не всерьез!
Все это теперь только в памяти флэшки…



В пространстве сети ты немного другая.
Не знаю, как я… а вот ты не похожа
На девочку – юность, на девочку – знамя.
Принять слишком просто, в выдумать – сложно.
Ты светлый ребенок с ранимой душою,
Воспитанный Блоком, воспетый Шекспиром.
Не знаю, как можно как ты… вот такою:
Любить Куросаву и Ричарда Гира,
Смеяться в глаза, разрыдаться в тени,
Не зная, как выбрать из сотни любимых,
Когда сердце просит и просит: «ищи»…
Так много неверных, ещё больше – мнимых.
Твой смайлик смеется, ты плачешь навзряд,
Ты девочка – ветер, ты девочка – пламя.
Ребенок наивных беспечных обид,
Ты любишь лишь тех, кто твоими не станет…


Любовь, как фактор вторичной социализации...

главная